13.02.2017

Владимир Сливяк

Углю пора в отставку

Владимир Сливяк
Владимир Сливяк
Фото из архива автора

Кузбасс занимает третье место в стране по объему выбросов загрязняющих веществ в атмосферу. Сопредседатель международной группы «Экозащита!» Владимир Сливяк объясняет, почему крупнейшему российскому угледобывающему региону стоит задуматься о переходе на возобновляемые источники энергии.

Россия – третий крупнейший экспортер угля в мире, обладающий вторыми по величине запасами этого вида ископаемого топлива. Ежегодная добыча превышает 250 млн тонн, из которых более трети экспортируется в десятки стран мира. Почти 200 млн тонн российского угля в 2016 году добывалось в Кузбассе. Всего в России около 16,5% энергии вырабатывается за счет этого вида ископаемого топлива, и Кузбасс платит за это высокую цену.

В четырех из пяти случаев добыча ведется открытым способом в непосредственной близости, а порой и внутри городов или поселков, оборачиваясь уничтожением значительных площадей плодородных почв и лесов. Их рекультивация и восстановление практически не ведется. По словам губернатора Кемеровской области Амана Тулеева, площадь нарушенных земель составляет порядка 62 тыс. га, а рекультивируется лишь около 1% в год.

О масштабах происходящего в Кузбассе очень мало информации и в самой Кемеровской области, и за ее пределами. Экономика региона сильно зависит от добычи и экспорта угля, перевозка которого обходится крайне дорого, ведь до портов на Западе или на Востоке более 4 тысяч км. В Кузбассе уголь повсеместно используется для отопления частного сектора, сжигается в устаревших районных и сельских котельных, из-за чего воздух сильно загрязнен, особенно зимой. Реки, которые текут вблизи угольных разрезов, нередко становятся почти черными ниже по течению, а часть населенных пунктов Кузбасса не имеет доступа к незагрязненной питьевой воде.

Парижское соглашение по климату, принятое в конце 2015 года, по мнению большинства экспертов, способно уже в обозримом будущем привести к снижению потребления угля в мире. Региональные руководители и боссы угольной промышленности в Кузбассе все более обеспокоены этими тенденциями, справедливо полагая, что регулирование выбросов окажет значительное влияние на конкурентноспособность угля. Адекватной платы за выбросы в атмосферу в России никогда не было, и вот к чему это привело -- согласно данным Росстата, Кузбасс занимает третье место в стране по объему выбросов загрязняющих веществ в атмосферу. Это равноценно экологической катастрофе. Адекватные штрафы за загрязнение воздуха и воды, будь они установлены в России из заботы о здоровье людей, привели бы к многократному снижению выбросов.

Основные направления экспорта угля из России – ряд крупных стран Европы и Азии, где основным потребителем остается Китай. Вместе с этим, многие страны-импортеры уже предпринимают шаги для уменьшения зависимости от угля и, в перспективе, полного отказа от этого топлива. Китай заявил об общем снижении потребления угля менее чем через 10 лет и уже начал массово выводить из эксплуатации старые угольные станции. В Великобритании, где из всего сжигаемого угля наибольшая часть закупается в России, идет процесс общественных консультаций с целью отказаться от этого вида топлива не позднее 2025 года.

В случае сохранения тенденции к уменьшению использования угля в мире, Кузбасс может лишиться значительной части доходов и рабочих мест. На данный момент нет никаких причин предполагать, что эта тенденция изменится. Важно понимать, что движение к отказу от угля не было спровоцировано Парижским соглашением, оно началось существенно раньше, а в соглашении лишь было зафиксировано. Следовательно, даже случись что-то с международным климатическим процессом, движение против угля вряд ли повернется вспять.

Регулировать выбросы парниковых газов в разных отраслях промышленности, так или иначе, начинают во всем мире. Если Россия откажется от участия в этом процессе, ориентированные на экспорт компании в скором будущем почувствуют на себе серьезное давление. Если в остальном мире бизнес будет вынужден платить ощутимые штрафы за выбросы, то кто потерпит присутствие конкурентов, которые освобождены от такого «налога». Или мы хотим получить вариант «раннего Китая», когда к нам начнут перемещаться наиболее грязные производства со всего мира? Уверен, что такого развития ситуации в России не хочет даже Аман Тулеев.

Последствия многолетней масштабной угольной добычи требуют внимания на федеральном уровне. Общий размер угольных разрезов в Кузбассе достигает 6 тыс. квадратных километров и каждый разрез окружен гигантскими горами отходов. В последних поручениях президента Владимира Путина, размещенных в конце января на сайте Кремля, правительству, по сути, предлагается изучить вопрос об упразднении государственного регулирования в отношении угольных отвалов. Это значит, что вместо соблюдения санитарных зон, запрещающих делать отвалы на границах населенных пунктов, угольные компании получат полную свободу в размещении своих отходов около жилых домов. Речь между тем идет об огромном количестве токсичной пыли, которая летит с отвалов, вызывая легочные заболевания у людей и загрязняющая сельскохозяйственную продукцию. Вместе с этим, в Кузбассе и сейчас угольные разрезы нередко вплотную подходят к населенным пунктам, игнорируя всякое понятие о санитарных зонах, на что местные власти просто закрывают глаза. Вместо выполнения закона, власти хотят его упразднить, чтобы угольные компании смогли заработать еще больше, снизив издержки. И это в «Год экологии».

Руководителям Кузбасса следовало бы думать не о том, как освободить угольные компании от ответственности за ущерб, а о диверсификации местной экономики с тем, чтобы добиться создания «не угольных» рабочих мест. Одним из направлений, способных обеспечить значительную занятость населения может быть развитие возобновляемых источников энергии, обеспечивающих больше рабочих мест, чем любой другой вид энергетики. В сценарии низкоуглеродного развития, разработанном Высшей школой экономики в 2016 году, говорится о возможности развития солнечной и ветровой энергетики, а также о производстве биогаза в Кузбассе. В регионе есть значительные возможности для развития малой гидроэнергетики на реках, а также высок потенциал энергоэффективности. В позапрошлом году в посёлке Эльбеза была установлена солнечная станция, проектной мощностью 70 кВт, что позволило в несколько раз сократить стоимость электроэнергии за счет уменьшения потребления дорогого дизтоплива.

Однако планы установить солнечные станции пока есть лишь в нескольких отдаленных деревнях и это конечно не тот масштаб, который мог бы обеспечить региону большую занятость. В Кузбассе развивается производство древесных пеллет и уже есть котельные, которые жгут не уголь, а отходы деревообработки. Хотя количество таких котельных незначительно, это один самых перспективных рынков в будущем, развитие которого ведет к сокращению выбросов.

Производство биогаза – еще одно перспективное направление. По данным Кузбасского Государственного Технического Университета, крупный животноводческий комплекс производит достаточно отходов для того, чтобы обеспечить топливом около 33 индивидуальных домов, площадью 100 кв. метров каждый. Срок окупаемости подобного проекта составляет около 5 лет.

Очевидно, что возможностей в области альтернативной энергетики более, чем достаточно. Но при нынешних властях угольные компании обладают настолько большой политической поддержкой, что альтернативным энергетикам вряд ли можно всерьез на что-то рассчитывать. Во всяком случае, пока.  По мнению бывшего заместителя министра энергетики РФ Владимира Милова, введение адекватной платы за загрязнение окружающей среды при сжигании угля может в корне изменить картину. Уголь потеряет конкурентоспособность, а возобновляемые источники энергии станут намного более привлекательными, так как не загрязняют природу в процессе выработки энергии. Самое время начать системные изменения, которые приведут к уменьшению выбросов, снижению вреда для здоровья населения и природы. Возможности есть – нужна политическая воля.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Çàãðóçêà...