Кто и как спасает животных на улицах

В приютах Москвы и Подмосковья находится около 100 тыс. собак и кошек. Как правило, они содержатся в плохих условиях, а на их кормление и лечение не хватает средств. Plus-one.ru вместе с хозяйками частных приютов, волонтером и ветеринаром разобрался, как можно изменить ситуацию.

В клетке пожизненно

Раньше увидеть стаю собак на московской улице было делом привычным, особенно возле магазинов, в парках и на стройках. В 2018 году ситуацию изменил федеральный закон «Об ответственном обращении с животными». Он обязал местные администрации отлавливать бездомных собак и кошек, стерилизовать, а затем выпускать их на волю либо содержать в приютах до наступления естественной смерти. Каждый регион по-своему подходит к исполнению закона: в Москве животных отлавливают и помещают на пожизненное содержание в приюты, в Московской области — после стерилизации выпускают на волю.

Отловом бездомных животных занимаются бюджетные организации. В Москве ГБУ «Доринвест» отвечает за территории СЗАО, Центрального округа столицы и Зеленоград. Это не единственная специализация учреждения: также ГБУ, например, занимается ремонтом и содержанием общественных туалетов. В 2020 году в трех столичных округах «Доринвест» поймал 165 собак и 246 кошек, новые хозяева были найдены для 134 собак и 189 кошек. В ведении «Доринвеста» также находятся два приюта — «Зоорассвет» и «Зеленоград», в которых, по данным на январь 2021 года, содержалось 1252 собаки и 440 кошек.

В столице и пригородах действует более 30 приютов. Проблемы у них одинаковые: переполненность, нехватка финансов и персонала. Например, в приюте «Химки» на 600 собак приходится всего пять рабочих — по 120 собак на каждого.

В регионах ситуация еще хуже. Как минимум в 11 субъектах до сих пор нет необходимой для исполнения закона инфраструктуры. Нередки и случаи массовых убийств бродячих животных: в Новошахтинске, например, собак сжигали в крематории, а в одном из якутских приютов им перерезали глотки.

В марте 2021 года в Госдуму был внесен проект поправок в ФЗ «Об ответственном обращении с животными», который предлагал разрешить властям регионов самостоятельно регулировать численность бездомных животных, в том числе их усыплять. Поправки были отклонены. Против них выступили зоозащитники и председатель комитета ГД по экологии и охране окружающей среды Владимир Бурматов. «Возврата к живодерству и умерщвлению животных не будет. И никакие законодательные инициативы на эту тему не имеют перспектив», — написал Бурматов в своем Instagram.

«Законодательно система продумана, но чиновники и подрядчики не всегда чисты на руку»

Светлана Комиссарова, директор многофункционального центра реабилитации и реинтродукции животных «Счастливый друг»
Светлана Комиссарова, директор многофункционального центра реабилитации и реинтродукции животных «Счастливый друг»

Бездомных животных Светлана подбирала с детства, выхаживала и лечила. Отучившись на экономиста, она поняла, что это «не ее», и пошла в ветеринары. Теперь она — директор центра реабилитации и реинтродукции животных «Счастливый друг», где содержится около 1,5 тыс. животных, включая диких. «Дикие животные — сезонные. Сейчас идут белки, через 2-3 недели будут лисицы, потом — птицы. Но наша главная задача — не держать их у себя, а реабилитировать и возвращать в естественную среду обитания», — рассказывает Светлана.

Зооцентр работает почти 14 лет. До 2019 года он располагался в Москве, в Нижних Мневниках. «У нас был целый загончик, где доживали свой век собаки-„пенсионеры“. Из-за разных темпераментов пожилых животных и инвалидов надо держать отдельно от молодых. Характер у них спокойный: были и такие, кто вовсе из вольеров выходить не хотел», — вспоминает она.

Пока центр находился в Москве, на его базе проходили занятия для детей с инвалидностью и трудных подростков из неблагополучных семей. «И детям, и нашим животным нужно внимание. Когда два таких „дичка“ находили друг друга, происходили чудеса. До сих пор многие из прошедших через наш центр сложных детей звонят мне и спрашивают, как идут наши дела», — улыбается Светлана.

В 2019 году приют подожгли. Было заведено уголовное дело, но виновных до сих пор ищут. За пожаром последовал переезд. Сейчас приют расположен далеко за МКАД. Хотя туда свозят по госотловам собак и кошек из Новой Москвы, приют находится на грани выселения. Арендодатель разорвал контракт, а новый участок Светлана найти не может.

Центру сейчас помогают около 200 волонтеров: местные жители, опекуны или кураторы определенных животных. «Если мы снова переедем, мы лишимся большей части волонтеров», — говорит Светлана.

Она не только решает административные вопросы, курирует работу волонтеров, но и оперирует животных. «Каких только животных к нам не привозили: люди очень жестоко издеваются над ними, а те потом очень долго не могут восстановиться после пережитого насилия», — сокрушается Светлана. По ее словам, чтобы ситуация с бездомными животными в России улучшилась, необходимо установить жесткий контроль за исполнением законов. «Законодательно вся система продумана правильно, но чиновники и подрядчики не всегда чисты на руку — от этого основные проблемы», — отмечает Светлана.

«Животных выкидывать стали больше: привязывают собаку и просто уходят»

Ольга Попова, волонтер
Ольга Попова, волонтер

Основная профессия Ольги — логопед-дефектолог, но это не мешает ей курировать около 30 собак и кошек. Официально помощью бездомным животным она занимается уже почти пять лет.

«На содержание собаки уходит около 8 тыс. рублей в месяц. А еще нужны деньги на анализы, обработку, прививки здорового животного. Если животное болеет — сумма увеличивается. Примерно половину я трачу из своих доходов. Если раньше, до пандемии, люди помогали охотно, то сейчас — мало: просто физически не могут. А выкидывать животных стали больше. Привязывают собаку и уходят», — рассказывает Ольга.

Она уверена, что ответственное отношение к животным закладывается еще в детстве. «Очень важен родительский пример. Я, например, знаю, что мои дети, глядя на меня, никогда не пройдут мимо бездомного животного. А я — глядя на своего папу», — говорит Ольга. По ее мнению, изменить ситуацию в лучшую сторону могли бы зооуроки в приютах для животных или школах.

«Госприютам не хватает информационной поддержки и специалистов по социализации животных»

Елена Шавкун, ветеринар
Елена Шавкун, ветеринар

По первому образованию Елена юрист, но животные — ее любовь с детства. Она работает ветеринаром в одной из частных клиник, а также курирует бездомных собак: оплачивает передержку, лечит их за свой счет. «Мы вакцинируем, чипируем, но единой базы нет, — рассказывает Елена. — Стерилизация — не затратная процедура. Мы сотрудничаем с частными приютами, даем им скидки. Однажды я отвозила в один из таких приютов собаку. Мне очень понравилось заведение: много обслуживающего персонала, просторные вольеры, больные и состарившиеся собаки живут отдельно. Госприютам не хватает информационной поддержки и специалистов, которые бы занимались социализацией животных. Поэтому и пристраиваемость там низкая».

По ее словам, очень хорошо берут рыжих котов, а вот черно-белых и полосатых — хуже. «Лучше всего пристраиваются котята и щенки — улетают со свистом. Сложнее всего — больные или крупные собаки, особенно бойцовских пород», — поясняет Елена. Она сама взяла себе домой собаку из приюта, подлечила: «Подобрали ее на Арбате. Семь лет у меня жила, понимала команды и с кошками сдружилась».

«В Германии и Нидерландах самый высокий налог на породистых животных, поэтому так популярно брать из приюта беспородных»

Екатерина Матеранская, хозяйка частного приюта «Кошкин роддом»

Основной бизнес Екатерины — рекламное агентство, а по базовому образованию она — инженер-технолог. Животными она занимается около 20 лет. В 300-метровом коттедже у нее живут 25 кошек и 3 собаки. Были времена, когда в приюте содержались до 100 животных. Но так как помощников у Екатерины нет, больше 25 кошек ей содержать трудно.

Приют Екатерины специализируется на беременных кошках и котятах. По ее словам, котят почти всех разобрали, остались трудно пристраиваемые кошки. «Даже кошечку с отрезанными передними лапками уже присмотрела одна семья», — радуется Екатерина.

За многие годы содержания приюта она научилась сама делать прививки, сдружилась с местной ветлечебницей и знает, где и как сэкономить. «Одна курица в день перемалывается с овсянкой — вот и завтрак для всех подопечных. Это около 9 тыс. руб. в месяц. Вечером — сухой корм. На полгода уходит тонна наполнителя, — рассказывает о своих буднях Екатерина. — Труднее всего оплачивать операции. Помощи практически нет».

Чтобы изменить ситуацию с бездомными животными в России, по мнению Екатерины, нужно перенять опыт у Германии и Нидерландов, где государство поощряет частные приюты, где есть налоги на содержание животного. «Там из приюта брать собаку или кошку выгоднее: меньше налог на содержание животного. Самый высокий налог — на породистых, поэтому берут из приюта беспородных, — рассказывает Екатерина. — Там все животные чипированные. Есть единая база, куда заносятся животные, зарегистрированные в стране. У нас такой базы нет, и для чего животных чипируют — непонятно. Найти по чипу даже в Москве потерявшуюся кошку или собаку нереально».

Все собеседницы Plus-one.ru в один голос заявляют, что приюты и волонтеры будут рады любой помощи, так как единой системы поддержки, особенно частных проектов, на уровне государства нет и занимаются этой сложной работой исключительно энтузиасты.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен.

Автор

Ольга Ефимова-Соколова