02.12.2019

Утром щепки, вечером стулья

ИКЕА запустила в России первый в мире замкнутый цикл производства и переработки мебели

Фото: istock.com

В Санкт-Петербурге в ноябре заработал уникальный сервис — утилизация деревянной мебели. Впервые в мире одна из крупнейших мебельных компаний не просто занялась переработкой старой мебели, а создала замкнутый цикл ее производства и переработки. Если эксперимент ИКЕА окажется успешным, то проект можно будет распространить и в других странах присутствия компании.

По словам руководителя отдела устойчивого развития и защиты окружающей среды ИКЕА в России Натальи Бенеславской, «во многих странах принимают мебель, и либо перерабатывают ее, либо повторно используют. В России цикл впервые удалось замкнуть: из старой мебели, собранной у покупателей, мы снова делаем мебель ИКЕА».

Как это работает

Чтобы избавиться от старой деревянной мебели, ее можно самостоятельно привезти в один из магазинов ИКЕА в Санкт-Петербурге (или заказать платный вывоз). Мебель из дерева, ДСП или МДФ может быть в любом состоянии, от любого производителя. В компании шкафы, кровати или стулья проходят сортировку: предметы в хорошем состоянии отправляются нуждающимся, все остальное — на переработку на предприятие ИКЕА Индастри Новгород.

Чтобы снизить расходы и упростить логистику, перед отправкой мебель снова сортируют. Компания-подрядчик сначала удаляет с мебели металл, пластик, стекло — все ее не деревянные элементы. Потом дробит древесину в щепу, чтобы везти на завод вторсырье.

Фото предоставлены ИКЕА

Фото предоставлены ИКЕА

Фото предоставлены ИКЕА

1/3

Фото предоставлены ИКЕА



На заводе ИКЕА в Великом Новгороде сортируют уже щепу — отбирают пригодную для вторичного использования. Но и ту, что невозможно использовать для производства мебели, не выбрасывают: «неликвид» превращается в энергетическое сырье и поступает в биобойлеры, которые отапливают завод. Кстати, в эти же печи идет и брак с самого производства. Хорошую же щепу используют для изготовления новых плит ДСП (их можно опознать по маркировке FSC Recycled).

За первые дни работы пилотного проекта выяснилось, что качественной щепы получается гораздо больше «неликвида». «Запуская проект, мы не знали, сколько щепы пойдет на производство новой мебели, а сколько — в огонь. Оказалось, что производственной щепы — около 70%, и это очень хороший для нас показатель, ведь сжигание менее экологично, чем переработка», — говорит Наталья Бенеславская.

Разумеется, как в любом новом деле, не обошлось без проблем. Большинство из них, кстати, были вызваны не внешними причинами, а строгой экологической и социальной политикой ИКЕА. Компания работает по специально разработанному и утвержденному стандарту IWAY, согласно которому все поставщики ИКЕА обязаны соблюдать требования, касающиеся воздействия на окружающую среду, условий труда и социальных гарантий.

Поэтому компании пришлось помогать новым подрядчикам перестраивать бизнес в соответствии с критериями IWAY. Кроме того, по внутренним стандартам вся древесина, используемая в производстве ИКЕА (а значит, и переработанная щепа) должна иметь маркировку FSC. Сертификация новых участников технологической цепочки тоже заняла время.

Пока расчет компании на то, что люди будут сдавать мебель, которую можно передать на благотворительность, не оправдывается. Концепция разумного потребления, которой следует ИКЕА, требует: пригодные вещи нужно использовать повторно, а не утилизировать (даже отправляя в переработку). Наталья Бенеславская признается: «Мы думали, что люди станут сдавать мебель получше. Впрочем, ситуация со временем может измениться: пока несут хлам, а потом, возможно, начнут отдавать нам и то, что послужит другим». Пока же мебель, которая может еще послужить, составляет всего 2% от общего количества.

Cдать мебель в переработку хотели бы жители многих городов: сразу после старта проекта в Санкт-Петербурге пользователи социальных сетей забросали компанию вопросами: запустят ли подобный сервис в Москве, Омске, Новосибирске, Уфе? Представители ИКЕА пока с осторожностью говорят о планах, но, судя по всему, эксперимент продолжится не только в России, но и во всех странах, где находятся заводы ИКЕА.

«Нет обязательных цифр, которых компании надо достигнуть, — говорит Наталья Бенеславская. — Пока мы наблюдаем за процессом и оцениваем картину в целом. Это звучит необычно с точки зрения бизнеса, но мы не всегда принимаем решения, исходя из затрат. Да, мы понимаем, что сервис по переработке мебели не будет для нас ощутимо прибыльным, даже выйти в ноль — задача не из простых, учитывая логистику. Но это не означает, что мы откажемся от пилотного проекта в случае дороговизны».

И добавляет: «Мы запустили этот пилотный проект не только для России. Его уроки смогут учесть и в других странах. Новую модель производства мы тестируем и для себя, и для других компаний».

Çàãðóçêà...