Российские проекты ВИЭ назвали «мертвым резервом»

Джордж Рижинашвили из «РусГидро»: альтернативная энергетика без накопителей и регулировочных мощностей нежизнеспособна

Первый заместитель председателя правления «РусГидро» Джордж Рижинашвили в своей авторской колонке в «Снобе» обозначил критические промахи, допущенные в России при планировании системы «альтернативной» энергетики. Объекты ВИЭ не встроены в действующую энергосистему.

Без накопителей (гидроаккумуляторные электростанции, новейшие батареи) вырабатываемую ВИЭ энергию практически невозможно использовать, а когда она вовремя не поступает по назначению, приходится задействовать тепловые мощности, сводя на нет экологический эффект от альтернативных источников энергии.

«Объекты новой „зеленой генерации“ и вырабатываемые ими мощности без серьезных накопителей энергии могут просто стать „мертвым резервом“, который не будет эффективно задействован, — пишет эксперт. — По договорам поставки мощности на 2019-2024 годы, солнечные и ветряные электростанции должны вырабатывать 5,5 ГВт электроэнергии (1% всей генерации). При этом вопросы их интеграции в существующую энергосистему страны даже не рассматривались, как не поднимался вопрос, насколько они на самом деле необходимы в отдельных регионах... Все это неизбежно приведет к разбалансировке всей энергосистемы страны. И в итоге следствием развития ВИЭ может стать результат, обратный тому, на который рассчитывают их сторонники и лоббисты: вместо снижения нагрузки на тепловую генерацию будет нужно увеличивать мощности за счет той же тепловой генерации, что в свою очередь увеличит работу ТЭС в неоптимальных режимах».

Выходом из сложившейся ситуации, по мнению Рижинашвили, может стать строительство новых гидроаккумулирующих электростанций (ГАЭС). ГАЭС и объект генерации электроэнергии — два водоема, два сообщающихся сосуда, находящихся на разной высоте. Когда объект генерации не работает, вытекающая из водоема вода вращает турбины ГАЭС, производя энергию. Суммарная мощность таких станций в России составляет 1,4 гигаватта, а в планах строительства новых станций нет. Между тем, говорит Рижинашвили, в Китае с момента начала развития «зеленой» энергетики установленная мощность ГАЭС увеличилась впятеро.

Проблема согласования мощностей и режимов работы ВИЭ, их «вписанность» в режимы «традиционной» энергетики относится к числу самых дискуссионных. В странах с единой энергосистемой, к которым относится и Россия, осуществляется постоянная диспетчеризация потоков мощности. Деятельность диспетчера направлена на мгновенное погашение локальных дефицитов и управление локальными избытками. Но объекты ВИЭ сегодня не являются частью общей энергетической системы.

В России диспетчеризацию осуществляет компания «Системный оператор Единой энергетической системы».

Основное решение, которое предлагает мировая практика, — классические аккумуляторные станции. Прогресс в улучшении свойств аккумуляторов налицо. Так, Tesla Inc. в Южной Австралии установила самую крупную в мире аккумуляторную батарею, которая сэкономила стране уже $30 млн, и с момента публикации этой цифры она наверняка значительно выросла. Батарея позволила полноценно включить в энергосистему разношерстный набор генераторов, состоящий из ветровых и солнечных станций и традиционных источников, накапливая их энергию, чтобы отдать ее в нужное место в нужное время.

Для России, которая является экспортером ископаемого топлива, ВИЭ нужны, но только в определенных локациях, а их развитие не может быть, да и не является некой «гипертрофированной» стратегией, говорит руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник. Идею зампредправления «РусГидро» он называет «хотя и новаторской, но сырой»: надо рассчитать ее инвестиционную привлекательность и экономику, говорит эксперт. России нужно капитализировать те конкурентные преимущества, которые дает нашей стране география, то есть, собственно, углеводородный потенциал. Именно так действуют развитые страны, говорит Пасечник: разве Исландия, которая практически полностью генерирует энергию за счет геотермальных источников, не поступает точно так же, используя то, что у нее есть от природы? Пасечник не согласен с Рижинашвили в том, что приход возобновляемой энергии в большую энергосистему может ее разбалансировать: доля ВИЭ мизерна, и ею пока можно пренебречь. И хотя правительство рассчитывает на увеличение этой доли, «процесс нельзя рассматривать как гонку за мировым трендом». Тема накопителей энергии идет в тесной связке с ВИЭ, без ВИЭ они, собственно, не нужны, особенно с учетом того, что Россия — одна из немногих стран с отлаженной диспетчерской системой, резюмирует Пасечник.