«Катастрофа, что калечащие операции у женщин оправдываются в России»

В России, а именно в Дагестане и Ингушетии, практикуется частичное удаление половых органов у девочек. Об этом сообщает фонд «Правовая инициатива» (признан иностранным агентом). Уполномоченные по правам человека и ребенка в РФ то называли проблему «медицинской», то обещали разобраться, если к ним поступит соответствующее обращение. Глава Совета по правам человека при президенте перенаправил доклад фонда в Генпрокуратуру, но отказался обсуждать тему публично. Plus-one.ru узнал, что думает о женском обрезании сооснователь правозащитного проекта для женщин «ТыНеОдна» Алена Попова.

«Катастрофа, что калечащие операции у женщин оправдываются в России»

Мне кажется, чиновники и общественные деятели реагируют на доклады «Правовой инициативы» совершенно неадекватно. Я прекрасно помню, как прокуратура рассказывала нам, что калечащие операции на женских половых органах в республике не проводятся. Помню и выступления имамов о том, что обрезания — это хорошо, и в целом огромную поддержку этой темы на Кавказе (председатель Координационного центра мусульман Северного Кавказа Исмаил Бердиев в 2016 году признавал, что женское обрезание практикуется в некоторых селах Дагестана, и призывал «всех женщин обрезать, чтобы разврата не было на Земле, чтобы сексуальность уменьшилась». — Прим. Plus-one.ru).

Ну и, конечно, меня, как и многих других женщин, повергла в шок новость о том, что такие операции делали в Москве (в 2018 году издание Meduza опубликовало расследование о «Бест Клиник», которая, по их данным, предлагала услуги по клиторэктомии «по религиозным или ритуальным мотивам». — Прим. Plus-one.ru). Катастрофа, что калечащие операции, приравненные международным законодательством к пыткам, оправдываются в России. Это говорит о том, что скрепой всей государственной системы является насилие.

Конечно, проблема вызвана отношением общества к насилию в семье и отсутствием закона о домашнем насилии, который срочно должен быть принят. Именно поэтому нет широкой информационной кампании, нет защиты, и девочки совершенно не знают, что это именно пытка, от которой они могут получить защиту и которой они реально могут избежать. И это в России, где недавно были внесены поправки в Конституцию и провозглашалось, что наша страна — социальное государство.

Этот пафос и реальность сильно различаются. Нужно публично осуждать случаи такого насилия, предавать их широкой огласке, заниматься просвещением жителей высокогорных сел, где распространены эти жестокие практики. Необходимо перестать называть это инициацией, как часто поступают исламские проповедники, и называть это пытками, чем они являются на самом деле.

Однажды я общалась в Дагестане с девушкой, которой сделали обрезание. Она рассказала мне о том, как ей тяжело вступать в отношения, потому что она физиологически чувствует боль, даже когда просто общается с мужчиной, не говоря уже об интиме. Хотя у нее двое детей, она решила сбежать от своей прежней жизни, от этой боли, которая связана с ее женской сущностью. Она ушла из семьи и стала заниматься боевыми искусствами, работать с бойцовскими клубами, связала свою жизнь с борьбой. Потому что от боли, которая была в ней, требовалась защита, а ее у нее не было. Поэтому мы считаем, что жертвы калечащих операций должны получить всестороннюю поддержку. Необходимо сделать все, чтобы создать инструменты защиты, один из них — информированность о проблеме и способах ее решения.

Записал

Владимир Хейфец

Эта колонка — часть специального выпуска Plus-one.ru о проблеме калечащих операций на женских половых органах в России. Читайте наши публикации.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен.