«Лучше честно признать, что Мировой океан скоро опустеет»

Британец Льюис Пью — многократный рекордсмен мира по плаванию на выносливость в экстремальных условиях. Он стал первым человеком, совершившим долгие заплывы в каждом из пяти океанов без специального оборудования — только в плавках и очках. Медики считают, что британец обладает уникальной способностью поднимать температуру своего тела, чтобы выдерживать ледяную воду. Своими заплывами Льюис привлекает внимание к проблемам изменения климата и хрупкости морских экосистем. Plus-one.ru поговорил с покровителем океана ООН о том, как спасти моря планеты.

Льюис Пью плывет по ледниковой реке под антарктическим ледяным покровом в Восточной Антарктиде
Льюис Пью плывет по ледниковой реке под антарктическим ледяным покровом в Восточной Антарктиде

— Вы сотрудничаете с российской властью. Какие у вас — защитника природы и британца — есть с нею общие дела?

— С начала 2010-х наш фонд (Lewis Pugh Foundation. — Прим. Plus‑one.ru) занимается созданием морских охраняемых районов. Вместе с российским хоккеистом и политиком Вячеславом Фетисовым мы работали над тем, чтобы защитить море Росса в Антарктике. Это одно из самых первозданных морей на планете, почти не затронутых деятельностью человека. Его площадь — свыше 2 млн квадратных километров — почти как Британия, Франция, Германия и Италия вместе взятые. Там обитает масса морских млекопитающих — горбатые киты, императорские пингвины, тюлени. Всем им угрожал промышленный вылов. Без согласия России международная Комиссия по сохранению морских живых ресурсов Антарктики (АНТКОМ), куда входят 25 стран плюс ЕС, не могла создать морской охраняемый район.

Когда в 2015 году, после заплыва в Китовой бухте на 330 метров — при температуре в −37 °C — я встретился с Вячеславом, у меня возникло ощущение, что я встретил родного брата. Да, я вырос в Великобритании, а он — в СССР, лидеры этих стран имели разные взгляды на жизнь. Но мы одинаково относимся к проблеме сохранения морей и понимаем, что для ее решения надо сотрудничать. Слава познакомил меня с Сергеем Ивановым, Сергеем Шойгу, Артуром Чилингаровым (океанолог, исследователь Арктики и Антарктики, депутат Госдумы VII созыва. — Прим. Plus‑one.ru). В течение двух лет я постоянно летал в Москву. Нам удалось убедить Россию — и море Росса стало природоохранной зоной. Это пример того, что может получиться, когда страны работают сообща.

Сейчас в Антарктике необходимо создать еще три морских охраняемых района — на территории моря Уэдделла, вокруг Антарктического полуострова и в Восточной Антарктике. Нам снова помогает Вячеслав. В 2020 году я обсуждал этот вопрос в Кремле с Сергеем Ивановым. Кстати, природа ему совсем не безразлична. Дальше ударил локдаун. Общение с дипломатами прервалось, вопрос подвис.

Льюис пью готовится к заплыву по Антарктиде
Льюис пью готовится к заплыву по Антарктиде

— А кто охраняет морской заповедник в далекой Антарктике?

— Очевидно, что контролировать морские охраняемые районы сложнее, чем национальные парки на суше. К тому же антарктические воды никому не принадлежат. Поэтому, когда там создается охраняемая территория, все страны-члены АНТКОМ берут на себя ответственность за ее охрану. Например, Новая Зеландия и США несут основную ответственность за море Росса: у них есть исследовательские станции в этом регионе. Они следят за перемещением научного и рыболовного флотов. Также возможно наблюдение с помощью спутников и беспилотных летательных аппаратов.

— От кого прежде всего надо охранять моря? От рыболовов?

— Есть много различных угроз. Нефте- и газодобыча, промышленное рыболовство, военные учения. Поэтому нужно создавать неприкасаемые территории, где природа сможет восстанавливаться. Но морям угрожают и глобальное потепление, и всевозможные загрязнения: охраняемые зоны никак от этого не спасают. Пластик разносится течениями по всему океану. Однако уже доказано, что морские охраняемые районы повышают биоразнообразие, сопротивляемость климатическим изменениям, улучшают здоровье экосистемы. Это одна из самых эффективных мер по защите океанов.

Другая мера — действия по предотвращению потепления, о чем я говорил, выступая онлайн на ПМЭФ. Я сказал, что мы не можем защитить океан и климат без участия России, которая имеет огромную береговую линию и владеет значительной частью Арктики, а через свое членство в АНТКОМ контролирует Южный океан вокруг Антарктиды.

— Рыбные промышленники пытаются наладить ответственный промысел, получают сертификаты Морского попечительского Совета (MSC) и Friends of the Sea. Насколько эффективно такие ассоциации контролируют работу компаний?

— Если честно, мне не хотелось бы говорить о конкретных организациях. Объясню, почему. Я плавал в океане 35 лет и стал свидетелем душераздирающих перемен. Недавно я проплыл через Ла-Манш — 528 км за 49 дней. За это время я увидел лишь несколько морских птиц, одну черепаху и пару дельфинов. Все. Настолько мы, британцы, истощили ресурсы наших вод. Но в остальных частях света ситуация не лучше. Люди не понимают, что ресурсы планеты конечны, а природу следует оставить в покое и защищать.

Ответственность за это лежит и на государствах, и на рыболовных компаниях, и на потребителях. Думаю, неправильно сваливать вину на две-три организации. Кстати, рыболовы тоже должны быть заинтересованы в создании морских охраняемых зон. Они, особенно — сети таких районов, позволяют восстанавливать рыбные запасы и численность популяций не только на их территории, но и за ее пределами.

Заплыв Льюиса Пью в Восточной Антарктиде
Заплыв Льюиса Пью в Восточной Антарктиде

— Что может сделать для сохранения моря человек, живущий от него за сотни километров?

— Каждая наша покупка оказывает влияние на океаны. И одежда, и продукты, и транспорт, на котором мы перемещаемся. Поэтому мы должны более сознательно относиться к тому, что покупаем, и поддерживать такие инициативы, как создание охраняемых зон в Антарктике. Лучше честно признать, что Мировой океан скоро опустеет. Чтобы предотвратить это, нужно существенно сократить потребление рыбы. Понимаю, что такие призывы могут посеять вражду между людьми. Ничто так не разобщает, как разговоры о том, что можно есть, а чего нельзя (смеется).

Что касается меня, то я больше не ем рыбу. Не хочу вносить вклад в разрушение океана. В то же время я считаю, что рыба — это вкусно и полезно для здоровья. Нам всем необходимо становиться экологически сознательными и образованными. Особенно тем, кто принимает решения, — министрам, сенаторам, мэрам, бизнесменам. К сожалению, многие люди, занимающие влиятельные должности, не знают, что происходит в наших океанах и полярных регионах. Чтобы лучше понять это, стоит интересоваться экологическими проблемами и смотреть документальные фильмы.

Документальный фильм «Антарктика: дар России для мира», его Льюис рекомендовал посмотреть читателям Plus‑one.ru

— Планируете ли вы заплывы для привлечения внимания к проблеме таяния льдов?

— Сейчас я тренируюсь в Кейптауне, готовлюсь к поездке в Гренландию. Если все получится, уже в августе я совершу самый тяжелый заплыв в моей жизни. По времени он займет около 15 дней и будет проходить в воде, температура которой — от 0 до 4 °C. В таких условиях я могу плыть не дольше 30 минут, потом буду почти сутки восстанавливаться.

Я планирую проплыть в устье ледникового фьорда Илулиссат — это самый быстро отступающий ледник в мире. Но заплывом дело не ограничится. За ним последуют встречи с мировыми лидерами, чтобы вместе разобраться в климатической проблеме. Как правило, это самая сложная часть кампании.

— Какие у вас ожидания от климатической конференции, которая пройдет в ноябре в Глазго?

— Думаю, из-за коронавируса на саммит приедет меньше делегатов, чем раньше. Хотя в Великобритании вакцинированы почти 70% жителей. Но я точно буду там. Надеюсь, американские дипломаты поддержат тот импульс, который дало возвращение США в Парижское соглашение, и выступят с новыми инициативами.

События последних недель — сильнейшие наводнения в Германии и Бельгии, пожары в Америке и России — вызвали серьезную обеспокоенность во всем мире. Буквально неделю назад я плавал в горах около Кейптауна под снегопадом. Такого я не видел ни разу за всю жизнь в Африке. Надеюсь, страны приедут на саммит с решимостью усилить свои обязательства по снижению выбросов CO2.

— Что, по-вашему, могла бы сделать Россия для противодействия изменению климата?

— Мы должны спросить так: а что другие страны могут сделать, чтобы помочь России в борьбе с глобальным потеплением? Учитывая размеры России и ту огромную роль, которую она может сыграть в преодолении климатического кризиса, всем странам необходимо прислушиваться к мнению России и выстраивать конструктивные отношения с ее представителями. России нужны большие инвестиции для декарбонизации экономики и борьбы с загрязнением окружающей среды, для перехода от ископаемого топлива к возобновляемым источникам энергии.

Заплыв Льюиса Пью в городе Тромсё на севере Норвегии
Заплыв Льюиса Пью в городе Тромсё на севере Норвегии

— Россия неохотно принимает международную помощь. Как быть с «гордостью» наших политиков?

— Вы правы: русские, действительно, очень гордый народ. И вам есть чем гордиться. Тем не менее, когда дело доходит до глобального потепления, международное сотрудничество имеет важное значение. Мы все должны помогать друг другу.

Вы знаете, мой отец служил во время Второй мировой войны. Для его поколения главной проблемой был фашизм. Для нашего поколения основным вызовом станет борьба за сохранение природы. Победа над нацистами была бы невозможна без совместных усилий СССР, Великобритании и США. Настало время всем народам объединиться, чтобы спасти планету. Если попытаться оценить успехи отдельных стран, я могу только сказать, что каждая из них могла бы сделать гораздо больше.

— Нужно ли миру больше таких молодых лидеров, как Александра Окасио-Кортес и Грета Тунберг?

— Приятно видеть, как молодежь встает на защиту окружающей среды. Очень плохо оставлять нашим детям планету в таком нестабильном состоянии, как сейчас. Честные и резкие слова Греты оказались очень эффективны в Скандинавии. Однако в некоторых странах ее стиль может быть не так убедителен из-за различий в менталитете. Возможно, молодежи следует обращаться к политикам более тактично и дружелюбно.

— Назовите три главные цели, которые человечеству нужно достичь для защиты океана.

— Во-первых, до 2030 года взять под охрану не менее 30% Мирового океана. В 2018-м наш фонд впервые предложил такую программу и на сегодня заручился поддержкой 87 государств, которые согласились сделать часть своего водного пространства заповедной (России в этом списке нет. — Прим. Plus‑one.ru). Мы должны защитить воды вокруг Антарктики — они регулируют климат планеты, питают и охлаждают Мировой океан. Особый статус моря Росса стал первым шагом на этом пути. Во-вторых, нужно отказаться от одноразового пластика. Ничто не приводит меня в такую ярость, как плавающий в океане мусор. Это преступление против наших детей и природы. Многие морские животные умирают, проглотив пластик.

И, конечно, важно добиться того, чтобы страны поддержали меры, изложенные в Парижском климатическом соглашении, и выполнили обещанное.

Подать заявку на участие в премии «Управление изменениями. Визионеры» можно до 1 октября 2021 года на сайте мероприятия.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен.

Беседовал

Георгий Кожевников