«Нам сказали: даже не судитесь»: НКО пожаловались на давление

Со 2 октября 2021 года в России начнет действовать закон, который обяжет НКО-иноагентов согласовывать с минюстом свои мероприятия. Минюст может их запретить. Готовится и проект постановления правительства РФ, запрещающий иноагентам вести просветительскую деятельность. На усиление давления властей Plus‑one.ru жалуются как НКО, включенные в реестр иноагентов, так и те, у которых такого статуса нет. Также расскажем, как закон об иностранных агентах работает в США.

Как в российском законодательстве появились иноагенты

В июне 2012 года в Госдуму были внесены поправки в закон о некоммерческих организациях. НКО, которые получают иностранное финансирование и занимаются политической деятельностью в России, был присвоен статус иностранного агента. Их обязали самостоятельно подавать документы в минюст для включения в реестр иноагентов (иначе — штрафы до 500 тыс. руб. и сроки до двух лет) и указывать этот статус во всех информационных материалах (в противном случае — штрафы до 5 тыс. на руководителей и до 50 тыс. на организацию).

Что такое «политическая деятельность», в законе сформулировано крайне размыто. Как отмечала в своем докладе за 2014 год уполномоченный по правам человека в РФ Элла Памфилова, это привело к тому, что у 52 организаций, включенных минюстом в реестр иноагентов, нашли «около 70 различных видов „политической деятельности“». Позже понятие уточнили, но и сейчас под него подпадают не только митинги и работа во время избирательных кампаний, но и распространение мнений о принимаемых госорганами решениях.

Старший юрист правозащитного центра «Мемориал» (также внесен минюстом в реестр НКО, выполняющих функции иностранных агентов) Татьяна Глушкова рассказала Plus‑one.ru, что до 2020 года власти ограничивались «отрезанием сравнительно небольших возможностей»: НКО-иноагентам было запрещено в любых формах участвовать в выборах и референдумах, а направлять наблюдателей на избирательные участки разрешено только в качестве иностранных. Затем был наложен запрет на выдвижение кандидатов в члены общественных наблюдательных комиссий, которые защищают права людей в СИЗО и колониях. Потом было запрещено проводить антикоррупционные экспертизы проектов нормативно-правовых актов, добавляет Татьяна Глушкова.

«На рубеже 2020-2021 годов „резать хвост по кускам“ прекратили, приняв закон, который поставил работу НКО-иноагентов под полный контроль минюста», — резюмировала представитель «Мемориала».

Речь идет о том, что со 2 октября НКО-иноагенты будут обязаны направлять в минюст программы своих мероприятий, а министерство получит право запрещать их проведение. Если НКО нарушит запрет, оно будет ликвидировано.

13 апреля 2021 года президент утвердил поправки в закон «Об образовании». Они по-новому определили понятие «просветительская деятельность». Это «осуществляемая вне рамок образовательных программ деятельность, направленная на распространение знаний, опыта, формирование умений, навыков, ценностных установок». Спустя две недели на госпортале нормативных правовых актов появился проект постановления правительства, согласно которому организациям из сфер образования, науки и культуры запрещается заключать договоры с НКО-иноагентами на проведение презентаций, лекций, семинаров, мастер-классов, круглых столов, дискуссий, распространение печатной и цифровой продукции, аудио- и видеоматериалов. После большого количества критических отзывов проект был направлен на доработку.

Статистика: кто, когда и за что стал считаться иноагентом

Согласно ответам правительства РФ на вопросы ЕСПЧ, которые Plus‑one.ru предоставили в правозащитном центре «Мемориал», в 2013 году в реестр иноагентов включили только одну НКО, в 2014-м — 29, в 2015-м — 81, в 2016-м — 43, а в 2017-м — только 10. На основе этих данных независимые правозащитники, члены Общественной палаты и СПЧ в 2017 году сделали вывод, что давление на некоммерческие организации снизилось. Еще одним добрым знаком сочли, что минюст в 2016 году сам исключил из реестра 14 организаций (годом ранее — 7, а годом позже — еще 11).

В то же время за 2015-2017 годы по разным причинам была прекращена деятельность 44 НКО. Опасаясь за свой имидж, государственные и частные организации прекращают спонсировать такие НКО. Кроме того, из-за увеличения объемов отчетности и проверок бюрократическая нагрузка на агентов возрастает.

В публичных источниках данных за 2018-2021 годы о включении в реестр иноагентов и исключении из него нет. Plus‑one.ru обратился за комментарием в пресс-службу минюста, но там сообщили, что соответствующую статистику не ведут. Зато отдельный перечень «зеленых» общественных организаций, признанных иноагентами, составляет Российский социально-экологический союз (РСоЭС).

«Пытаются привязать к политике»: за что достается экологическим НКО

Сопредседатель РСоЭС Виталий Серветник отмечает, что с 2012 года закон об иностранных агентах привел к ликвидации 22 из 32 «зеленых» НКО, попавших в реестр минюста. Но часть из них после этого продолжили работать как инициативные группы и эксперты, к которым из-за низкой квалификации собственных кадров вынуждены прислушиваться местные чиновники, добавляет господин Серветник. Еще с части НКО минюст снял статус иноагента в связи с прекращением иностранного финансирования.

Там, где власти пренебрегают переговорами и экспертными консультациями, местные жители выходят на уличные протесты — и экологические проблемы политизируются, говорит сопредседатель РСоЭС.

Общественную организацию «Экологическая вахта по Северному Кавказу» включили в реестр иноагентов в 2016 году из-за получения средств из США на личный счет одного из активистов. И исключили из реестра в 2018-м, когда во время очередной проверки иностранного финансирования у нее не нашли. Координатор «Эковахты» Андрей Рудомаха сказал Plus‑one.ru, что после исключения из реестра стало легче, но нормально делать свою работу НКО все равно не дают. 11 июня закончилась плановая проверка минюста, в ходе которой, говорит Андрей, «Экологическую вахту» опять «пытаются привязать к политике».

«В акте проверки к организации приписывают гражданских активистов, которые уже давно не являются ее членами, и человека, который никогда не входил в состав организации, без какой-либо фактуры приписывают нам участие в протестной деятельности», — сказал координатор «Эковахты», отметив, что документ будет оспариваться в судебном порядке.

Кроме того, по словам Андрея Рудомахи, организацию сейчас проверяет Центр по противодействию экстремизму на предмет ее участия в деятельности штабов Навального (признаны судом первой инстанции экстремистской организацией).

В еще одном крупном экологическом НКО, которое регулярно получает президентские гранты, обсуждать с Plus‑one.ru тему законодательных ограничений отказались.

Почему НКО не помогает даже лояльность

Социальные НКО, в большинстве своем аполитичные или лояльные власти, тоже попали под пресс закона. Лидер движения «Сдай педофила» Анна Левченко возглавляет Мониторинговый центр по выявлению опасного и запрещенного законодательством контента (не является иноагентом). Он принимает информацию от родителей детей, пострадавших от преступников, оформляет ее и передает в СК, обеспечивает общественный контроль таких дел и организует психологическое консультирование для пострадавших и их родных. По словам Анны, она всегда старается выстраивать позитивный диалог с правоохранительными органами и местной властью. Сама Анна в 2010-2011 годах руководила отделением прокремлевского движения «Наши» в Воронеже, в 2011 году была помощником уполномоченного по правам ребенка при президенте Павла Астахова. Организация не раз получала президентские гранты: 3,2 млн руб. — в 2015 году, 5,7 млн руб. — в 2017-м и 5,5 млн руб. — в 2018-м. Но затем, говорит Левченко, политика государства изменилась, и социальные НКО, которые указывают на имеющиеся в стране проблемы, стали восприниматься как враги.

Лидер движения «Сдай педофила» Анна Левченко

«После 2018-го мы не получаем президентские гранты, и люди, принимающие решения (Анна не называет конкретных имен. — Прим. Plus‑one.ru), нам ясно дали понять, что мы можем даже не пытаться. При этом мы никогда не выступали вразрез с госполитикой», — говорит Левченко.

Она считает, что сейчас в России люди, которые отвечают за контроль некоммерческого сектора, создают «ручные НКО» в сфере защиты материнства и детства, а независимые организации — зачищают. Она говорит об усилении проверок известных ей социальных НКО и приводит в пример защищающий жертв домашнего насилия центр «Насилию.нет», в декабре внесенный минюстом в реестр НКО, выполняющих функции иностранных агентов.

По словам Левченко, сейчас проект не получает постоянной помощи от бизнеса или государства и существует в основном на благотворительные пожертвования. Единственным исключением является грант, выделенный лидером партии «Справедливая Россия» Сергеем Мироновым. Он покроет 65% расходов ее организации, в основном зарплаты юристов, в том числе самой Анны и психолога. Но где найти еще 35% средств, пока неясно, говорит она. Лидер движения «Сдай педофила» указывает, что весь российский благотворительный сектор сегодня — это «аполитичные люди»: если они будут ссориться с властью, то не смогут решать проблемы граждан.

Агенты по защите женщин

Глава центра «Насилию.нет» Анна Ривина в декабре публиковала в соцсетях фрагмент акта, согласно которому политической деятельностью центра посчитали ее комментарий, опубликованный в Forbes Woman: «Если бы в нашей стране уже решалась проблема домашнего насилия, то в таком центре, как наш, не было бы необходимости». Организация была оштрафована на 300 тыс. руб. за то, что руководство самостоятельно не внесло ее в реестр. А потом за то же самое еще на 150 тыс. руб. оштрафовали уже Анну Ривину — как должностное лицо. Анна считает, что центру «прилетело» в основном за продвижение закона о домашнем насилии в России.

Специалист центра «Насилию.нет» по коммуникациям Диана Барсегян говорит Plus‑one.ru, что «самое больное» — обязанность маркировать все информационные материалы. Ведь большинство людей, увидев надпись «иностранный агент», из-за незнания законодательства будут опасаться контактов с центром. Избегает совместных проектов с центром и бизнес, отмечает представитель организации.

Диана добавляет, что в 2020 году у «Насилию.нет» был совместный проект с властями Москвы: на улицах устанавливали билборды с крупной надписью «Страшно идти домой?» и телефоном центра. Если проект повторить в этом году, то маркировка иноагента окажется вдвое длиннее надписи. «Это нелепо и вряд ли кого-то к нам приведет», — поясняет Диана.

Также центр планировал сотрудничать с МВД: провести обучение полицейских — объяснить им, что такое домашнее насилие, как общаться с его жертвами и в какие кризисные центры направлять. Такую же работу планировалось провести и с сотрудниками травмпунктов. Теперь в организации думают, что у нее как минимум «возникнут сложности».

Команда «Насилию.нет»

Как устроено законодательство об иноагентах в США

Закон, отчасти похожий на российский, работает в США с 1938 года. Там иностранные агенты — это любые физлица и организации, которые действуют под контролем иностранного государства (а также гражданина или организации). Это, например, специалисты по связям с общественностью, «сотрудники информационных служб» и политконсультанты, работающие в интересах иностранцев. Агентами считаются и те, кто запрашивает, собирает и выплачивает деньги кому-либо в США в интересах иностранцев, а также представляет их во взаимоотношениях с американскими чиновниками. Агенты обязаны регистрироваться в минюсте. За нарушение закона предусмотрено до пяти лет лишения свободы. В отличие от России, речь идет только о прямом иностранном контроле, в то время как в РФ для включения в список достаточно получить зарубежный грант. Американский закон не предполагает ограничения деятельности иноагентов, а также раскрытия личных данных сотрудников вместе с адресами.

В США существует еще один похожий закон: об агентах иностранных правительств (18 U.S.C. § 951). Он запрещает любую (не только политическую) незарегистрированную деятельность в интересах зарубежного государства. По нему можно сесть в тюрьму на 10 лет (оба закона часто путают и по-разному трактуют даже в США). Именно по этому закону россиянка, основатель движения «Право на оружие» Мария Бутина в 2019 году была осуждена на 18 месяцев лишения свободы за лоббирование российских интересов. Правда, ее обвиняли не только в этом, но и в работе на иностранную разведку.

Кроме того, в США есть законы о лоббизме, обязывающие регистрироваться тех американских общественных и политических деятелей, которые продвигают интересы фармацевтических компаний, нефтегазовой, оружейной и других отраслей в органах власти. В России такого закона нет.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен.

Автор

Владимир Хейфец