08.06.2017

Глава WWF России: «Надеемся вернуть леопарда на Кавказ»

Игорь Честин — о восстановлении популяции крупных кошачьих на Кавказе

Автор designerpoint

Идея реинтродукции (заселение редкими видами диких животных и растений их исторических мест обитания и произрастания с целью создания устойчивой популяции — прим. +1) леопарда на Кавказе появилась у меня больше 30 лет назад, когда я впервые приехал в Кавказский заповедник. В 1983 году я проводил здесь свою первую исследовательскую работу. Моей целью было изучение экологии бурого медведя. Я ходил по его следам, изучал медвежьи участки и питание — только в этом регионе я встречал хищника около 300 раз. Однако леопарда на Кавказе я ни разу не видел: в этих местах он исчез в 1920-е годы. Впоследствии представитель кошачьих заходил сюда единичное число раз.

В 1983-м я жил в заповеднике вместе с опергруппой, которая занималась поиском браконьеров. Во время одного из рейдов мы встретили самку леопарда с двумя котятами, охотившихся за лисой. С тех пор самок с детенышами на Кавказе никто не видел. Именно во время той встречи с хищником мы с моим наставником и другом профессором Анатолием Кудактиным решили заняться восстановлением леопарда в регионе. Однако реализовать эту задумку удалось в начале 2000-х, когда я уже работал в WWF.

Созданию программы реинтродукции предшествовала долгая работа. Вначале мы провели оценку численности переднеазиатского леопарда на Кавказе. Оказалось, что наиболее жизнеспособная группировка сохранилась в Иране, где обитает не менее 200 животных. Кстати, леопарды, которые встречаются в Армении и на юге Азербайджана, родом из Ирана. В Грузии, как и в России, хищник к началу нулевых уже исчез. В результате исследования мы поняли, что мест, пригодных для леопарда, практически не осталось. Достаточные площади неосвоенных лесов, которые подходят этому представителю кошачьих, сохранились только на западе Кавказа — в России и Абхазии. Это около 1 миллиона гектаров. Теоретически, на них может обитать до ста животных, которые стали бы «вторым ядром» подвида переднеазиатский леопард, отдельной жизнеспособной популяцией. Эти два ядра могли бы дать основу для существования более мелких группировок в России, Армении и Азербайджане.

В 2005 году совместно с РАН мы разработали программу реинтродукции, утвердили ее в Министерстве природных ресурсов и экологии РФ и нашли спонсоров для строительства в Сочинском нацпарке Центра по воспроизводству леопарда на Кавказе. Кроме того, Минприроды выделило дополнительные средства. Сочинский Центр — единственный в мире центр по разведению крупных кошачьих, построенный в соответствии со всеми правилами организации подобного учреждения. Он оборудован всем необходимым — дистанционными системами управления, «электропастухами», камерами слежения. Первые животные поступили в центр в 2009 году — сейчас здесь живут две пары, у которых было уже пять пометов. Годовалых котят мы отделяем и перемещаем в большие вольеры, где хищники учатся охотиться.

В 2016-м на волю было выпущено три леопарда из первого и второго пометов. При выборе подходящего места мы объехали на лошадях практически весь Кавказский заповедник. Первый год, проведенный животными на воле, продемонстрировал успех программы: леопарды прекрасно адаптировались к диким условиям и сегодня самостоятельно добывают себе пищу. Стоит отметить, что мы выбрали правильное место для выпуска животных. Так, за целый год не было зафиксировано ни одного нападения крупных кошачьих на домашний скот. Леопарды освоили огромные территории: за перемещениями животных мы следим с помощью спутниковых ошейников. Информация поступает ежедневно в 11 утра, и каждый день, где бы я ни находился, я открываю карту и смотрю, где находятся наши леопарды. В 2017-м мы планируем выпустить еще пять животных.

К сожалению, сегодня из-за ухода ключевых сотрудников и не очень понятной ситуации с управлением программой в Минприроды приостановилось международное сотрудничество. Наши иностранные коллеги просто не знают, с кем им работать и кто принимает решения, касающиеся реализации проекта. А ведь от этого зависит поступление в центр новых животных, которые жизненно необходимы для обеспечения генетического разнообразия создаваемой вольной популяции. Еще одна угроза программе — возможное расширение территорий горнолыжных курортов из района Красной Поляны на территорию Кавказского заповедника и Сочинского заказника. Это может перекрыть единственный путь расселения животных на восток вдоль Главного Кавказского хребта и похоронить идею создания «второго ядра» популяции леопарда.

Я родился и вырос в Москве, много где побывал, но Кавказ для меня стал вторым домом. Я очень люблю и хорошо знаю эти места, поэтому наш проект по восстановлению леопарда для меня не только работа, но и дело жизни. Угроза расширения кавказских здравниц для меня равнозначна угрозе разрушения собственного дома. В WWF мы надеемся, что сможем этого не допустить и вернуть переднеазиатского леопарда в его историческую среду обитания.

Çàãðóçêà...