Тарелка супа, или шанс выбраться с улицы

Вечером, в лютую непогоду, корреспондент +1 отправилась в ночной рейс с питерскими волонтерами благотворительной организации «Ночлежка», оказывающей продовольственную и организационную помощь бездомным. В среднем за один рейc волонтерам удается накормить до 200 человек. Но основная цель — помочь людям выбраться с улицы. 

Фото: Наталья Васильева, специально для проекта +1

За полтора часа без зонта под проливным дождем, проведенных около Смоленского кладбища, начинаешь понимать, что чувствует бездомный: невыносимо мокро, холодно и страшно. В этой части Петербурга, около проспекта КИМа, лишь бетонные коробки и промышленные здания. Ни одной кофейни, где можно спрятаться от дождя. Из-за сегодняшнего шторма Ночной автобус застрял где-то на полпути от его второй остановки у железнодорожной станции Лигово. Для того, чтобы согреться, мне приходится наматывать круги вокруг парковки, куда обычно приезжают волонтеры.

Ночной автобус — проект старейшей в городе благотворительной организации помощи бездомным «Ночлежка». Пять дней в неделю социальный работник Игорь и несколько добровольцев объезжают четыре остановки во Фрунзенском, Василеостровском, Приморском и Красносельском районах Питера, чтобы накормить горячей едой нуждающихся.

Фото: Наталья Васильева, специально для проекта +1

Когда я уже отчаиваюсь и начинаю мучительно долгий путь в сторону метро, звонит Игорь:

— Приехали. Подходите.

Иду на свет. Открытый грузовой отсек старенького Ford Transit — единственное яркое пятно на мрачной улице. Вокруг машины — человек пятнадцать в полиэтиленовых дождевиках. В толпе мелькают оранжевые куртки волонтеров.

— Обычно у Ночного автобуса больше посетителей, около сорока. А сегодня из-за задержки и непогоды многие не дождались, — рассказывает идущий мне навстречу Игорь, или Игореша, как его называют местные. — Остались самые стойкие.

— Как вы сообщаете людям, что задерживаетесь? — спрашиваю я.

— У некоторых есть телефоны. Достаточно сделать три-четыре звонка, а там уже люди сами передают друг другу информацию. Знаете, бездомные — удивительно дружное сообщество. Мне иногда говорят: вот человек пропал, вдруг он с бомжами где-то? Я всегда отвечаю: лучше, чтобы с бомжами, мы его тогда в два счета найдем, — улыбается Игорь.

Трое волонтеров уже сидят на раздаче в багажном отделении автобуса. Евгения с Лешей наливают ароматный суп в глубокие пластиковые тарелки. Третий доброволец, который шутит, что запомнить его имя легко (мол, каждого второго в «Ночлежке» зовут Игорь) — раздает мясистые куски черного хлеба и одноразовые ложки. Выдают по одной порции в руки. Кто доел первое, получает от волонтеров горячий чай с блинчиками.

Фото: Наталья Васильева, специально для проекта +1

— Сегодня у нас супчик из ресторанов Ginza Project и блины, — рассказывает Игорь. «Ночлежка» дружит с десятком кафе, булочных и ресторанов, которые по очереди бесплатно готовят еду для Ночного автобуса.

— Вы бы попробовали! Супчик очень вкусный, — обращается ко мне пожилая дама, прикрывая тарелку от дождя. Женщину зовут Надежда. Она живет дома, но маленькой пенсии на еду не хватает.

— Я получаю семь тысяч рублей. До прожиточного минимума мне немного добавляют. Но все уходит на квартплату и лекарства. В январе только на медикаменты семь тысяч потратила, — сетует женщина.

Надежда ушла с работы в 1991 году, когда у нее «отнялись» ноги. Через год она восстановила здоровье, но трудоустроиться вновь не смогла.

Вопреки бытующему в Петербурге мнению, посетители стоянок Ночного автобуса — не сплошь бездомные и алкоголики. Приходят пенсионеры, которым, как и моей недавней собеседнице, не хватает на жизнь. Люди, которые приехали из моногородов на заработки, но не нашли работу. Бывшие тюремные заключенные, выпускники детских домов, жертвы мошенников. По статистике, среди гостей — 10-12% женщин, но большинство — мужчины 40-44 лет.

По словам Игоря, за год состав «подопечных» меняется на 80%. «Очень высокая смертность», — поясняет он.

— Игореша, а обезболивающее есть? — к нам приближается невысокая молодая женщина в голубом дождевике и вьетнамках. Это Ирина — выпускница детского дома и жертва мошенников, один из самых типичных клиентов Ночного автобуса. Ее с братом обманули черные риэлторы, оставили без квартиры. Три года девушка жила на улице. Недавно выбила комнатушку недалеко от стоянки.

— А что такое? — спрашивает Игорь.

— Да почки болят.

— К сожалению, таблеток нет.

— Жаль. А от глаз есть что-нибудь?

— От глаз есть. Пойдем. — Игорь увлекает Ирину к передней двери автобуса. Я иду следом. Там уже образовалась очередь за медикаментами. Люди просят парацетамол, глазные капли, бинты. После Ирины подходит высокий мужчина в спортивном костюме и тоже просит обезболивающее:

— Зуб болит. Очень, — говорит он.

Помимо лекарств и еды, волонтеры выдают теплые носки, дождевики. Часто привозят одежду и обувь. По словам Игоря, стоянка их автобуса — «место света» для людей, попавших в сложную жизненную ситуацию.

— Людям тяжело, много злобы на улице. А здесь мы с ними общаемся. Все по-доброму. Когда приезжаем, я всегда высматриваю новые лица. Подхожу к новеньким, провожу первичную консультацию, рассказываю про «Ночлежку».

Атмосфера здесь и правда самая радужная, насколько это вообще возможно в такой ситуации. Люди обмениваются новостями, интересуются здоровьем, помогают друг другу.

Отведенные на стоянку полчаса подходят к концу. Волонтеры вместе с пришедшими собирают мусор в пластиковые пакеты. Мы залезаем в автобус. Ребята прыскают на руки спирт.

— На всякий случай, мало ли что, — поясняет волонтер Лена.

Двое устраиваются на передних сиденьях, рядом с водителем. Со мной — Лена и Андрей. По пути на четвертую, последнюю, остановку (по адресу Коломяжский проспект, 4) они делятся впечатлениями.

— На «Ваське» всегда приятно, — говорит Игорь.

— Ага, «Васька» — самая культурная. Здесь самые приличные, интеллигентные бездомные, — соглашается Андрей.

— А я бы сказала, что из всех на «Ваське» — мои самые нелюбимчики, — протягивает Евгения.

— Почему? — удивляются остальные.

— Приходит много женщин, которые живут дома. Когда выдаешь две пары мужских трусов человеку, который обитает на улице, они сразу подбегают и требуют себе тоже вторую пару. У нас носков мало было сегодня. Приходится выкручиваться; я спросила — кто живет дома, а кто на улице? А они все обиделись, — виновато говорит Евгения.

— Ну, они не от хорошей жизни так делают, — замечает волонтер Игорь.

Многие волонтеры помогают «Ночлежке» больше года. Работают посменно. Сегодня выходят одни, завтра другие.

Фото: Наталья Васильева, специально для проекта +1

Наличие графика объясняют так: делать добрые дела всем хочется. Среди волонтеров есть программисты, психологи, творческие личности, даже предприниматели.

— Я много путешествую. Часто приходится ночевать, где придется. Я знаю, каково быть на улице, — говорит Андрей, программист по образованию, поясняя, как он попал в добровольцы.

По признанию другого волонтера, Лены, после первого рейса ее отношение к бездомным круто изменилось.

— Я раньше обходила таких стороной. Ну, сидят себе и сидят. А сейчас все поменялось. С ними можно поговорить. У каждого своя история. Теперь, когда вижу человека на  тротуаре у магазина, покупаю ему пачку сосисок.

Как замечает Андрей, на бездомных обычно «забивают». Помогать хотят детям, инвалидам, хотя здесь ты видишь отдачу сразу.

За разговорами о волонтерстве, джазе, театре и даже магии я не замечаю, как мы заезжаем во двор у станции метро «Старая деревня». Игорь берет Лешу, и они отправляются в местный клуб-боулинг Golden Strike, где сегодня предстоит забрать оплаченные партнерской организацией ЛенСпецСМУ блины.

Игорь просит Женю отложить 30 блинов:

— Мы обычно выдаем по одной порции в руки. Но здесь делаем исключение, и «оптовую партию» выдаем ответственному: там есть лежачие, — уточняет Женя.

Последняя остановка — рядом c мобильным приютом для бездомных Мальтийской службы помощи. Минут через десять подъезжаем к мосту и небольшому мрачного вида двухэтажному зданию. Вокруг ни души: из-за шторма мы опоздали на полтора часа. Игорь несколько раз сигналит. Наконец, около дома появляются люди: кто-то все-таки дождался. Ребята открывают задние двери. Первыми подбегают женщины, пухлая и очень худая. Они забирают приготовленную кастрюлю с супом, блины и пятилитровую канистру с чаем. Это для тех, кто не может идти сам. Дальше в порядке очереди Женя разливает горячий борщ. Сначала парню в черном пальто, шортах и шлепках. За ним подходит низенький мужчина азиатской внешности в спортивном костюме. Многие проснулись ради того, чтобы поесть. Ребята предлагают добавку. Но все сонные, быстро едят и уходят обратно.

Фото: Наталья Васильева, специально для проекта +1

Координатор Ночного автобуса Андрей Чапаев рассказал, что в среднем за рейд волонтерам удается накормить до 200 человек. Но основная цель проекта — помочь людям выбраться с этих стоянок.

— В идеале это происходит так: человек приходит за тарелкой супа, а узнает, что может еще изменить свою жизнь, выйти из этого положения. Он может прийти в «Ночлежку», поговорить с социальным работником, составить сервисный план, в котором пропишут, что необходимо сделать пошагово для решения проблемы, и помогут в этом. Есть возможность пообщаться психологом, восстановить или даже установить гражданство, начать лечиться от зависимости, — поясняет Андрей.

— Мы ни от кого ничего не требуем, — добавляет он. — Чтобы получить свою тарелку супа, делать ничего не надо, мы лояльно относимся даже к состоянию алкогольного опьянения. Главные требования — уважение друг к другу и адекватность. Наша задача — показать бездомному, что он нужен, важен, что мы его ценим как человека. Что всегда есть место и люди, к которым он может обратиться за помощью.

Годовой бюджет автобуса — два миллиона рублей. Часть расходов покрывают пожертвования компаний и частных лиц. Например, Nestle дает топливо, сервисная компания «ЛАТ — помощь на дорогах» закрывает ставку водителя, а Nochlezhka Suisse Solidaire — хозрасходы. Городской комитет по социальной политике выдает субсидию на зарплаты, страховку, мойку автобуса. ЛенСпецСМУ оплачивает еду для бездомных Приморского района. Хлеб предоставляют пекарни и кондитерские «Барон», «Буше», «Месье Патиссье», «Фацер». Среди дружественных организаций — рестораны и кафе «Ауровилль», «Италия», Quartier Gourmet, Parabellum, «ПирОГИ», «Тропики», «Укроп», Ginza.

Фото: Наталья Васильева, специально для проекта +1

Проблема, по словам координатора Ночного автобуса, в том, что бездомные — аутсайдеры среди «благополучателей».

Бывали случаи, когда член совета директоров какой-нибудь крупной организации говорил: окей, ребята, я вам деньги перечислю как от частного лица, а то мне пиарщик запрещает от компании.

Но в целом за последние три-пять лет нам удалось сделать так, чтобы о нас узнал бизнес, который инвестирует в здоровый социальный климат. Думаю, и рядовым сотрудникам приятно работать в таких фирмах, — говорит Андрей Чапаев. И, подумав, добавляет. — Конечно, помощь бездомным — это непросто; есть и профессиональное выгорание. Но когда видишь результат — это делает тебя счастливым. Что может быть лучше, чем помочь человеку изменить его судьбу?