«Благотворительность сегодня — это те же длинные инвестиции»

9 декабря в Москве прошла благотворительная ярмарка «Душевный Bazar», собравшая на своей площадке более 80 социальных проектов. Мастер-классы, лекции, спектакли, показы мод, картинг вслепую, музыкальные квесты, плетение на ткацком станке — каждый из более чем 18,5 тыс. ее посетителей мог найти себе занятие по душе. Исполнительный директор D-Group.Social Инга Моисеева рассказала +1, чему организаторы уделяли особое внимание в этом году, и как НКО могут привлечь жертвователей надолго.

Общество 5 мин на чтение Добавить в закладки
Фото из архива Инги Моисеевой

— Как формируется концепция ярмарки?

— Каждый год «Душевный Bazar» проходит по-разному: меняется команда, меняются тренды. Часто мы сами понимаем, что можно превратить в тренд, так как одна из наших попутных задач — рассказать о важной проблеме на большом событии, привлечь к ней достойное внимание. В этот раз, например, в фокусе была тема помощи взрослым: впервые больше половины представленных социальных проектов помогали либо только взрослым, либо в том числе им. Кроме того, трансформируется сам некоммерческий сектор: люди начинают по-другому относиться к благотворительности, а бизнес иначе выстраивает отношения с НКО.

— Какие задачи ставили перед собой организаторы и участники кроме сбора средств?

— Мы хотели показать, что благотворительность сегодня — это те же длинные инвестиции, что играть нужно «в долгую». На ярмарке человек часто чувствует себя Дедом Морозом: опускает 5 тыс. рублей в бокс, выполняет свое дело под Новый год и забывает. Но один из самых правильных способов обеспечить стабильность проекта — это рекуррентные платежи, пусть по 100, пусть по 50 рублей в месяц. Если фонд точно знает, что каждый месяц в определенный день от конкретного человека приходят средства, он может планировать свою деятельность, и при потере крупного донора не станет писать в социальных сетях сообщения SOS. Поэтому каждый участник ярмарки старался, во-первых, объяснять гостям, почему важно постоянно поддерживать отношения, а во-вторых, рассказывать о своей деятельности с помощью интерактива, чтобы люди потом сами выходили на связь и предлагали помощь.

— Как вы отбираете участников ярмарки?

— Как и проект, критерии ежегодно меняются, но базовые остаются прежними много лет подряд. НКО должны работать дольше года, быть прозрачными, а также полностью разделять ценности проекта и уметь выстраивать партнерские отношения. В начале года мы публикуем документ, где честно пишем, что для нас важно, и чему будет уделяться особое внимание. Потом мы проверяем поступившие заявки на формальное соответствие требованиям, и тех, кто прошел первичный отбор, приглашаем на встречу с экспертами. Задача экспертов — не принять экзамен, как это может показаться на первый взгляд, а выслушать, дать обратную связь. Часто именно на экспертном совете рождаются идеи для представления той или иной площадки. В совет входят более 60 представителей НКО, бизнеса, органов власти и медиа. В этом году, кстати, мы пригласили много коллег, работающих в сфере коммуникаций, чтобы они могли подсказать, как правильно взаимодействовать с людьми.

— Что происходит после отбора?

— Участники попадают на обучение. В этом году оно проходило с августа по ноябрь по двум обязательным модулям: управление социальным проектом и эффективные коммуникации. Были также дополнительные модули и мастер-классы по пиару, мерчендайзингу, декору стенда, искусству короткой презентации — питчингу. После ярмарки фонды сообщают нам качественные и количественные показатели работы на стендах, мы их анализируем, и затем начинается целевой расход собранных средств и распределение гуманитарной помощи. Анализ также позволяет понять, что стоит повторить, что скорректировать, от чего отказаться, готовы ли те же участники остаться с нами в следующем году, и готовы ли мы с ними сотрудничать.

— Как изменилось отношение людей к благотворительности в последнее время?

— У людей определенно стало меньше денег, а борьба за эти деньги обострилась: фонды научились хорошо выстраивать коммуникацию со своими жертвователями, делают классные фандрайзинговые мероприятия, хорошие рассылки, прозрачные отчеты. Поэтому многие жертвователи ищут альтернативные формы благотворительности типа волонтерства, стараются помогать, не вырывая из семейного бюджета слишком большие суммы. У аудитории также появился запрос на знания: в этот раз на «Душевном Bazar’e» было несколько лекториев, и ни один из них не пустовал. Кроме того, мы видим, что те, кто однажды соприкоснулись с благотворительностью, стремятся узнать больше, копают глубже и всячески повышают эффективность своей помощи.

Автор: Евгения Чернышёва
Нашли опечатку? Выделите ее и нажмите Ctrl/Cmd+Enter