Свалкин грех

Возможно, жители мегаполисов догадались, что в стране проходит Год экологии, по тому, что кое-где во дворах появились контейнеры для раздельного сбора мусора. Вещь для России непривычная и непонятная: люди, конечно, слышали, что на Западе — именно так, но для чего это нужно, и как это связано с проблемой свалок, вряд ли кто осознает. Ведь, несмотря на обилие мероприятий, гражданам никто ничего особо не разъясняет.
Руководитель направления по работе с органами власти движения «РазДельный Сбор» Анна Гаркуша рассказывает, как сортировка мусора решает проблему отвратительных и токсичных мусорных полигонов, откуда взялись во дворах контейнеры, и кто против цивилизованного решения вопроса, потому что цивилизованно — значит «невыгодно коррупционерам».

Анна Гаркуша
Анна Гаркуша

Круговорот свалок в чиновничьей природе

В Год экологии в Подмосковье закрывают одни свалки за счет расширения других. Показательное закрытие полигона ТКО «Кучино» вылилось в протесты жителей против незаконного расширения свалок «Малинки» и «Лесная», в то время как их состояние требует немедленной рекультивации. Похожая ситуация сложилась в Санкт-Петербурге: вместо закрытого полигона ТКО «Новоселки» питерские власти разыскивают в соседней Ленинградской области удобные территории, чтобы превращать их в новые свалки. Чиновники не предприняли ни одной действенной меры, чтобы внедрить эффективные форматы раздельного сбора вторсырья от населения, в то время как само население готово отходы сортировать, а перерабатывающие предприятия не до конца загружены. Власти, несмотря на «мусорный коллапс», не готовы разжать руки и отдать мусор на переработку тем, кто не работает в тени и не обещает криминальных схем.

Что же можно делать с мусором? Вообще, почему сортировка — это так важно?

Существует всего четыре способа обращения с отходами: не создавать их, закапывать, сжигать или перерабатывать в новую продукцию. Самый важный из них — первый. Каждый может предотвратить образование отходов, отказавшись от одноразовой посуды на пикнике, полиэтиленовых пакетов на кассах и бумажных носовых платков. Но это  отдельная история.

В России до последнего времени было принято отходы закапывать. Так выросло несметное количество законных и незаконных свалок, которые многие россияне видят из окон своих квартир, собираясь на работу, и даже «наслаждаются» их запахами, особенно летом. И это при огромных-то российских просторах! Способом борьбы со свалками правительство провозгласило строительство мусоросжигательных заводов. Случилось это в декабре 2016 года, когда был утвержден национальный проект «Чистая страна», в рамках которого, среди прочих мероприятий, числятся пять пилотных мощнейших мусоросжигательных заводов. Причем будущие заводы на уже накопленные отходы не претендуют. Инвесторов интересуют будущие отходы, которые еще лежат на полках магазинов!

Ставка на вчерашний день

Неужели мусоросжигательный завод — лучшее решение, раз его выбрало государство? Увы, наоборот: едва ли не худшее. Лучшее — утилизация отходов, или, как принято упрощенно говорить, переработка их в новую продукцию. Которая предусматривает раздельный сбор, то есть как раз эти самые баки для разного вида мусора.

А для чего нужен раздельный сбор? Чтобы отходы могли быть утилизированы, они должны соответствовать определенным требованиям по качеству. Чем выше качество вторичного сырья, тем меньше нужно вложить в подготовку к утилизации. Конечно, отобранные на полигоне ПЭТ-бутылки тоже можно помыть и затем переработать. Но, по сравнению с не побывавшими на свалке бутылками, для этого требуется больше воды и реагентов. То есть, это дорого и уже менее экологично. Качественное вторичное сырье берется только из его раздельного сбора.

Кроме качества вторсырья, раздельный сбор позволяет значительно повысить объемы сбора. Потому что, как показала практика, сортировка уже перемешанных отходов дает на выходе в разы меньше полимеров, макулатуры, текстиля и других перерабатываемых фракций, чем раздельный сбор. Стекло же и вовсе невозможно извлечь из смешанных отходов рентабельными методами, потому что оно бьется на мелкие осколки на самых первых стадиях сортировки.

Несмотря на такую очевидную пользу от раздельного сбора, государство не закрепило его обязательность в профильном 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления». В каждом регионе власти должны самостоятельно решить, нужен им раздельный сбор, или они предпочитают сортировать смешанные отходы. А то и вовсе сжигать. Региональные власти не привыкли к таким смелым решениям, поэтому в подавляющем большинстве регионов России раздельный сбор внедряется по инициативе бизнеса.

Зачем это бизнесу?

Огромный процент жителей России с уверенностью скажет, что в России перерабатывающих мусор предприятий нет. На самом деле они существуют, но изрядно недозагружены в связи с отсутствием самого главного — стабильного потока вторичного сырья. Складывается парадоксальная ситуация: с одной стороны, есть твердые коммунальные отходы, содержащие в своем составе до 73% перерабатываемых фракций. С другой — налицо предприятия, нуждающиеся в этом вторсырье, причем не знающие, как его получить. Не хватает «малости» — инфраструктуры по раздельному сбору отходов и компаний, предоставляющих такую услугу.

Приятные новости: раздельный сбор развивается. В Год экологии о раздельном сборе стали говорить значительно чаще и шире, хотя и не так масштабно, как о мусоросжигании. Кстати, в Санкт-Петербурге раздельный сбор отходов начал развиваться значительно раньше Года экологии, но именно с начала 2017 года инфраструктура для сбора вторсырья появилась дополнительно на более чем 250 контейнерных площадках города. Их становится все больше. Вообще, о наличии в российских городах контейнеров для сбора вторсырья можно узнать на карте recyclemap.ru. Карта эта интерактивная, и поддерживается в актуальном состоянии волонтерами.

Тема раздельного сбора оживилась во многом потому, что с 2016 года государство обязало крупные предприятия, выводящие на рынок тару и упаковку, нести ответственность за утилизацию этой продукции в конце ее жизненного цикла. Предприятия могут либо заплатить экологический сбор за утилизацию, либо обеспечить ее самостоятельно. Часть предпринимателей решила не платить и пойти по второму пути. Для этого и нужен раздельный сбор отходов. Именно сотрудничество Балтики, Heineken, Coca-Cola и других компаний с отраслевыми операторами по заготовке вторсырья стало катализатором изменений.

Я бросаю мусор в «раздельные» баки, а его правда перерабатывают?

Если рассматривать раздельный сбор отходов в отрыве от его конечной цели (вернуть отход в производственный цикл), то становится очень грустно, потому что история эта нерентабельная. Система сбора и вывоза смешанных отходов на помойку уже исторически сложилась, рынок перевозок поделен, а сами полигоны — источник неконтролируемых доходов для теневого бизнеса. Для сбора же вторсырья от населения всю инфраструктуру надо создавать с нуля.

По опыту работы заготовительных компаний, средняя стоимость одного накопителя для вторсырья на три секции (полимеры, стекло и бумага) составляет порядка 10 тысяч рублей. На одну контейнерную площадку достаточно установить один накопитель с тремя биг-бэгами (мягкие контейнеры для транспортировки и хранения насыпных грузов — прим. ред.) внутри. Для обслуживания этих накопителей требуются автомобили типа Газель и водители. Желательно, чтобы у заготовителя была своя база для обработки вторсырья до передачи его переработчикам. Крупные компании инвестируют в этот процесс пока что в экспериментальном порядке. Им надо убедиться, что заниматься утилизацией отходов самостоятельно выгоднее, чем платить экологический сбор.

В основном затраты на инфраструктуру раздельного сбора и ее обслуживание ложатся на плечи самих заготовителей с небольшой компенсацией со стороны крупных компаний. Система только выстраивается, правила игры не всегда понятны и честны. Большинство заготовителей работают на перспективу.

Форматов услуги по раздельному сбору и вывозу может быть много. Чаще всего заготовитель собирает либо несколько видов отходов (полимеры. макулатура и стекло), либо какую-то одну фракцию, которую он может реализовать переработчику. Иногда, когда на контейнерной площадке не хватает места для большого накопителя с тремя секциями, заготовитель предлагает складывать все виды перерабатываемых отходов в одну емкость, а затем досортировывает их на своей базе. Такой формат называется single stream, или «один поток».

Даже из этого беглого обзора понятно: отходы, которые вы во дворах складываете в специальные контейнеры для вторсырья, на самом деле идут в переработку, а не отправляются на ту же свалку. А ведь в интернете можно встретить не подозрение, а прямо-таки уверенность, что раздельный сбор — имитация. Подумайте сами: вы заплатили за контейнер, потратились на вывоз собранного вторсырья, заключили контракт с пеработчиком на поставку. И после того, как понесли затраты и потратили усилия, зачем-то везете все это на обычную свалку! Абсурд.

Если жители подозревают, что отходы все-таки просто вывозят на свалки, они имеют полное право потребовать от своей управляющей компании отчета: кто вывозит вторсырье, на каких условиях, куда, что из него производят и т.д. Если управляющая компания не может или не хочет отвечать на такие вопросы — скорее всего, речь идет просто об освоении «жилищно-коммунального» бюджета под красивым предлогом. Такие случаи следует немедленно предавать огласке и выводить недобросовестных управленцев на чистую воду.

Куда девать «картонные» пакеты из-под молока?

Как я уже написала выше, теоретически целых 73% отходов на наших контейнерных площадках можно переработать. Однако ликвидность (выгода) различных фракций не одинаковая. Факторы, которые на это влияют, настолько разнообразны, что трудно их классифицировать. Лидеры востребованности — макулатура, ПЭТ и алюминиевые банки. Макулатура и алюминиевые банки даже являются объектом воровства, что приводит к вандализму на контейнерных площадках.

Флаконы из-под бытовой химии — это тоже вполне перерабатываемый во вторичную гранулу полипропилен. Но сейчас возникли сложности с их реализацией. И не потому, что он не востребован на рынке сырья, а потому, что, как утверждают игроки рынка, из-за рубежа поступили первичные полипропиленовые гранулы по цене значительно ниже, чем стоимость вторички. Вторичный полипропилен копится на складах и ждет милости от государства.

Совсем ничего не стоит на рынке упаковка типа Тетра Пак. Собирать Тетра Пак — сплошная благотворительность. Связано это с отсутствием этого вида отходов в перечне обязательных к утилизации фракций. Поэтому производители соков и молочной продукции пока не инвестируют в утилизацию этиз пакетов ни на стадии организации сбора, ни на стадии развития перерабатывающих предприятий.

В Санкт-Петербурге подобную тару от населения принимают только на акциях движения «РазДельный Сбор» и в пункте приема «Точка Сбора» у Ашана на Боровой улице. Это — капля в море по сравнению с теми объемами, которые едут на свалку. Компания, принимающая Тетра Пак для передачи в переработку, рассчитывает на реализацию собственных проектов по придомовому раздельному сбору, но пока эти планы находятся в стадии разработки.

Кто заплатит за раздельный сбор?

При формировании любых программ с мероприятиями по раздельному сбору отходов важно учитывать, что стоимость вторсырья — тот фактор, на котором нельзя строить экономику раздельного сбора отходов. Дело в том, что рентабельность инфраструктуры по раздельному сбору достигается только в случае, когда вторсырье дорогое. Но когда вторсырье дороже первички, оно никому не нужно. Вот такая печальная зависимость. Именно поэтому вторсырье должно быть дешевым, а раздельный сбор следует дотировать со стороны бизнеса, реализующего расширенную ответственность, или со стороны государства, получающего средства экологического сбора.

Тем не менее, причины для оптимизма есть. Практика показывает, что рентабельность раздельного сбора растет вместе с объемами собираемого вторсырья. Чем больше контейнерных площадок оборудовано «раздельными» контейнерами, тем обоснованнее логистика перевозок, тем меньше холостых «ходок» и ниже себестоимость вторсырья. Чем больше людей обратятся в свои управляющие компании и потребуют внедрить систему раздельного сбора отходов, тем ниже будут горы свалок, и быстрее разовьется отрасль утилизации отходов. В помощь россиянам президент Владимир Путин утвердил перечень поручений в сфере регулирования обращения с отходами, согласно которому желание жителей собирать отходы раздельно полностью соответствует государственной политике.

Эпилог. Так жечь или перерабатывать?

В Санкт-Петербурге, да и в России в целом, население выступает за цивилизованные способы обращения с отходами, за их утилизацию и производство новой продукции. Мало кто приветствует строительство мусоросжигательных заводов, несмотря на восхваление лоббистами «зарубежных технологий». Даже те россияне, кто мало интересуется вопросами устойчивого развития и принципами циклической экономики, восстают против уничтожения отходов. Логика их проста: технологии, может, и зарубежные, а вот реализовывать их будут в России, в условиях несовершенного законодательства, бесконтрольности, вседозволенности чиновников и крупных госкорпораций. Для экспертов и экологической общественности понятны не только экологические риски, связанные с ядовитыми выбросами в атмосферу, в почву и воду, но с тем, что в мусоросжигательных печах уничтожаются невосполнимые ресурсы нашей планеты, бездумно транжирится то, что принадлежит будущим поколениям. Рациональное природопользование позволяет обходиться без сжигания отходов; и наоборот, функционирование мусоросжигательных заводов препятствует устойчивому развитию общества. Это доказано примерами других стран.

Автор колонки: Анна Гаркуша