Промышленным центрам дышать стало легче

Металлургическое производство считается одной из самых «проблемных» с точки зрения экологии отраслей промышленности. Однако крупные металлургические компании сегодня реализуют масштабные проекты по сокращению выбросов, переработке отходов, восстановлению экосистем. На вопросы об экологических программах и технологической модернизации «+1» ответил директор по координации природоохранной деятельности компании ЕВРАЗ Максим Епифанцев.

Максим Епифанцев
Максим Епифанцев
Фото предоставлено компанией ЕВРАЗ

Российские металлурги в последние годы все больше внимания уделяют устойчивому развитию, в том числе экологической тематике. Какие из последних экологических проектов ЕВРАЗа Вы бы отметили?

В прошлом году в рамках Года экологии запустили новые системы газоочистки на агломерационной фабрике ЕВРАЗ ЗСМК. Две установки уже работают, еще две заработают до конца 2018 года. Суммарная производительность четырех агрегатов составит 900 тыс. м3 в час, степень очистки — более 99%. Запуск аспирационных систем позволил снизить выбросы пыли агломерационной фабрики в атмосферу на 22%.

В декабре прошлого года на Нижнетагильском металлургическом комбинате мы запустили модернизированную установку сухого тушения кокса. Старт ее работе дал министр природных ресурсов. Проект также вошел в список мероприятий Года экологии в России. Если раньше коксовый газ дожигали, и образовавшийся CO просто вылетал в трубу, то сейчас мы этот газ собираем, чистим и используем в производстве. Так мы сократили выбросы по комбинату на 20%. Это важно еще и потому, что коксовый газ имеет неприятный запах, его ощущают жители. Мы стараемся исправить ситуацию.

Мы активно занимаемся проблемами водопотребления. Например, на ЕВРАЗ ЗСМК поставлена задача максимально «замкнуть» оборотный цикл огромного комбината, и за 7 лет реализации программы он сократил водопотребление на более чем на 45%.

На наших угольных предприятиях в Кемеровской области идет масштабная программа по очистке шахтных и карьерных вод, которые приходится сбрасывать в реки. Программа реализуется с 2011 года. Мы устанавливаем современные системы очистки воды. Несколько наших шахт уже полностью оснащены современным оборудованием, но работа будет продолжаться еще 3-4 года.

В 2017 году компания переработала либо повторно использовала 104,7% отходов (кроме отходов горного производства). Как получилась такая цифра?

В советское время отходы металлургического производства ссыпались на отвалы, причем кроме шлака в них содержалось немало металла и других полезных компонентов. В 2011 году мы сконцентрировались на переработке этих отходов, построили специальные комплексы. В 2015 году переработка возросла до 126%: мы образовали отходов на 26% меньше, чем переработали.

Сейчас — 104,7%, потому что объемы, размещенные на отвалах, подходят к концу. Полученный металл мы возвращаем в производство, другие ценные компоненты мы используем или продаем. Например, щебень используется в строительстве. Кроме того, у нас организована «Школа рециклинга». Специалисты разных предприятий собираются, обмениваются информацией, учатся друг у друга, думают, как мы можем больше материала вернуть в производство. Есть у нас и технология по утилизации резиновых покрышек, чтобы они не попадали на свалки: они используются как топливо в конвертерном производстве на стадии подогрева лома вместо энергетических углей.

Есть ли у вас проекты в области альтернативной энергетики?

Для производства энергии мы стремимся использовать ресурсы, которые раньше просто выбрасывались, вредя окружающей среде. О проекте ЕВРАЗ НТМК я упомянул ранее. В этом году мы завершили перевод 9-го котла Западно-Сибирской ТЭЦ на вторичный производственный газ. Раньше на этом котле использовался уголь, а излишки газа с технологии просто дожигались и выбрасывались в атмосферу.

Вообще, темы энергоэффективности и ресурсосбережения напрямую связаны с сокращением воздействия на окружающую среду. В этом году мы поставили новые пятилетние цели, — достичь и удерживать выбросы парниковых газов на уровне не более 2 тонн СО2-эквивалента на тонну стали, а также сократить потребление свежей воды еще на 10% и перерабатывать или использовать отходы на уровне 95% от их образования.

Вы практикуете управление цепочкой поставок с точки зрения воздействия на окружающую среду?

Мы сами представляем из себя «цепочку поставок»: сами производим сырье, а потом из него — конечную продукцию, и контролируем качество и влияние на окружающую среду на каждом этапе производства. Мы также требуем соблюдения экологических норм от наших подрядчиков и выполняем требования, устанавливаемые нашими потребителями.

Меняется ли в сознании местных жителей традиционное восприятие промышленных городов как проблемных с точки зрения экологии? Какую обратную связь от горожан вы получаете в связи с модернизацией производства?

Похвалу заслужить труднее, чем вызвать недовольство. Негативные моменты сразу бросаются в глаза, а улучшение технологий происходит «за кадром» и постепенно. Например, в 1988 году выбросы Нижнетагильского меткомбината в атмосферу города были в 4 раза больше, чем сейчас. Местные говорят, что снег был черным. Сейчас жителей Нижнего Тагила очень беспокоят «лисьи хвосты» — рыжий дым из доменной печи, который возникает периодически при сливе металла. Выбросы от него — крошечные, десятая доля процента от всего влияния комбината на атмосферу, но зато заметные. Раньше, когда  было мартеновское производство, рыжий дым шел постоянно и в значительно больших объемах. Сейчас это редкость, системы аспирации справляются.

А в Новокузнецке рассказывают, что раньше, если сесть у КМК (Кузнецкий меткомбинат, сейчас часть ЕВРАЗ ЗСМК) с газетой, то она довольно быстро покрывалась сажей. Сейчас там нет ни коксохимического, ни доменного, ни тем более мартеновского производства, а предприятие специализируется на прокате металла — после модернизации там делают самые длинные рельсы в России. Выбросы есть, но они в сотни раз меньше, чем это было лет двадцать назад. Здесь нужно еще помнить, как раньше строились заводы: люди приезжали в тайгу, возводили завод, а город рос вокруг него. Тогда не было ни экологических норм, ни санитарных зон, жить  вблизи завода считалось хорошо и престижно, квартиры через дорогу от производства давали стахановцам. В те времена, разумеется, газоочисток не было, и вы можете представить, чем дышали люди.

В рейтинге экологической ответственности горнодобывающих компаний WWF ЕВРАЗ в 2016 году занимал 9 место, а в 2017-м в рейтинге горнодобывающих и металлургических компаний разделил с Северсталью 16-17 место. Почему позиции компании упали?

Наши данные хуже не стали. Изменилась методика подсчета. ЕВРАЗ — международная компания, у нас есть активы в Европе, США, Канаде, и отчетность мы делаем общую для всех активов, а не отдельно по странам. В первый раз наши данные были приняты в расчет показателей рейтинга 2016 года. С 2017 года подход поменялся, разработчики методики не стали учитывать наши консолидированные данные, так как мы не публикуем отдельно цифры по российским активам. Это стало основной причиной падения в рейтинге.

Какие меры принимает ЕВРАЗ для сохранения биоразнообразия?

Сейчас мы реализуем проекты, актуальные для того или иного региона. Первое направление — это восстановление нарушенных земель: на выведенных из эксплуатации горных выработках и объектах размещения отходов проводятся техническая и биологическая рекультивация. Второе — это посадка деревьев, очистка парковых и береговых зон. Третье — это зарыбление водоемов: мы выпускаем мальков, чтобы восполнить биоресурсы реки. Бывают и другие мероприятия: например, весной проходят акции по подготовке к прилету птиц, — мы заказываем скворечники, а наши сотрудники вешают их в парках. Наша цель — способствовать развитию экологической культуры среди персонала, как в производственной деятельности, так и в повседневной жизни.

В рейтинге Global Cleantech, который оценивает объем инвестиций бизнеса в чистые технологии, Россия по-прежнему занимает предпоследнее место. Считаете ли Вы такую оценку объективной?

На самом деле российская металлургия неплохо смотрится на фоне западной. Мы волновались, что наши технологии не будут соответствовать тем, что войдут в справочники по наилучшим доступным технологиям (НДТ), но нет: справочники выпущены, и мы чувствуем себя достаточно устойчиво. Что-то придется дорабатывать в рамках перехода на НДТ, который ждет отрасль в ближайшее время, но это точно не перестройка всего производства с нуля.

Подготовила Людмила Брус
Нашли опечатку? Выделите ее и нажмите Ctrl/Cmd+Enter