Почему работодатели не хотят нанимать пожилых сотрудников?

24–25 апреля в Уфе прошел второй съезд гражданских активистов и представителей НКО «Сообщество». Одной из центральных тем обсуждений стало улучшение качества жизни пожилых людей. Корреспондент +1 пообщался с модератором секции «Активное долголетие: равенство доступа пожилых людей к социальной среде», ректором РГСУ и председателем Комиссии Общественной палаты РФ по социальной политике, трудовым отношениям, взаимодействию с профсоюзами и поддержке ветеранов Натальей Починок. Она рассказала о причинах возрастной дискриминации в России и способах решения данной проблемы.

Наталья Починок
Наталья Починок
Фото: oprf.ru

Вы впервые поднимаете тему активного долголетия и трудоустройства старшего поколения на форуме «Сообщества». Почему сейчас?

Активное долголетие — одна из актуальных тем, которые мы обсуждаем в комиссии по социальной политике. Согласно статистике, в России проживает более 43 миллионов пенсионеров. Из них активных, здоровых, боевых и вполне трудоспособных, имеющих большой и важный для нашего общества профессиональный опыт — около половины. Это огромное количество людей с разными профессиями и компетенциями.

Как вы думаете, почему работодатели не хотят нанимать людей в возрасте и стремятся сместить пожилых с рабочих мест?

Отчасти проблема в том, что экономика меняется, наступает эпоха цифровизации и автоматизации, рабочие места сокращаются. Это происходит во всех странах со схожими рынками труда. Я имею в виду Европу, США, Японию. Не у каждого пожилого человека есть возможность осваивать новые навыки, а работодатель не готов его обучать. Дело в том, что даже при наличии значимого профессионального опыта производственные навыки специалистов старшего поколения со временем устаревают. Их необходимо обновлять, чтобы отдача была такой, в которой заинтересованы работодатели и общество.

В то же время государство, как правило, стремится решать проблемы трудоустройства молодежи. Конечно, компании выгоднее взять на должность того, кто сможет проработать ближайшие 30 лет, чем сохранять рабочее место за пожилым, который неважно себя чувствует, болеет. К тому же считается, что у последнего есть дополнительный источник дохода — пенсия. Хотя все понимают, что пенсия не дает возможности жить активно, покупать привычную одежду, любимую еду, отдыхать и поддерживать достойный уровень здоровья.

Почему бы тогда не решать проблему достойного образа жизни старшего поколения, совершенствуя пенсионную систему?

После выхода на пенсию доходы человека действительно резко падают. Коэффициент замещения на сегодня составляет 25–30%. И это очень мало. Но поднять его на достойный уровень — пока нерешаемая задача. Вопросы о пенсионной реформе, о необходимости создания очевидных инструментов поощрения индивидуальных накопительных систем стояли и стоят в повестке дня.

Но проблема качества жизни — это не только справедливые пенсии и страховой механизм, который эффективно работает и покрывает утраченный в связи с выходом на пенсию заработок. Это еще и возможность работать по гибкому графику или дистанционно. Многие пожилые не могут находиться в офисе с 9 до 18. Необходимо, чтобы подобная трудовая занятость оформлялась надлежащим способом, была легализована.

Многие работодатели полагают, что с возрастом креативность и обучаемость снижаются. Это стереотип?

Очевидно, что у старшего поколения есть некая закостенелость во взглядах, в отличие от молодых людей, которые как губки впитывают все, что происходит вокруг. С другой стороны, вопрос в общей развитости культуры life-long learning — образования через всю жизнь. Когда в стране престижно учиться постоянно, в любом возрасте, а не только на университетской скамье. Возьмем господина Хайдарова (председатель Народного университета третьего возраста Республики Башкортостан. — Прим. ред.). Он выпустил не одно поколение людей пожилого возраста, развивает новые компетенции, активист, уникальный человек. Таким образом, ограничения в креативности, безусловно, есть, но они касаются не всех поголовно. Кроме того, существует огромный пласт работы, который не связан с креативной сферой и вполне по силам старшему поколению.

Что можно делать, чтобы формировать культуру life-long learning?

Необходимо объединять усилия, формировать общество, где старшее поколение учит молодежь, опираясь на свой производственный опыт. И, наоборот, молодые учат пожилых тому, что знают лучше — информационным технологиям, новым способам коммуникации, через волонтерские практики и государственные механизмы. Если удариться в фантазии, то можно было бы «отрезать» один год от бакалавриата, чтобы человек в пожилом возрасте в течение года мог учиться в колледже или вузе на бюджете. Или обучать их через систему профессионального образования. Если бы государство создало такую возможность, было бы здорово. Пенсионный фонд и Банк России, кстати, уже бесплатно обучают пожилых финансовой и компьютерной грамотности.

Какие структуры должны быть в первую очередь задействованы, чтобы борьба с дискриминацией пожилых людей на рынке труда шла продуктивнее?

Важно развивать межведомственное взаимодействие. Потому что, к примеру, формировать культуру образования через всю жизнь — задача Министерства образования, пропагандировать активное долголетие через спорт для пожилых — задача Минспорта, организовывать культурные программы и обеспечение досуговой деятельности — задача Минкультуры. Каждое ведомство имеет свою вертикаль. В таком случае все вопросы решаются отдельно. Обеспечить сотрудникам возможность учиться всю жизнь — задача всех ведомств и организаций и, чтобы действительно учесть, что хочет, может пожилой человек, в чем он нуждается, необходим комплексный системный подход.

Беседовала Варвара Селизарова
Нашли опечатку? Выделите ее и нажмите Ctrl/Cmd+Enter